Треть малых предприятий при вузах существует лишь на бумаге

С момента подписания Федерального закона №217 2 августа 2009-го, разрешившего бюджетным вузам и НИИ создавать малые инновационные предприятия, прошло два года. Оправдались ли надежды правительства России о том, что закон создаст «инновационный пояс» вокруг учреждений российской государственной науки и высшей школы, STRF.ru выяснил у Андрея Колесникова из Центра исследований и статистики науки, который сейчас перешёл на другую работу и является победителем конкурса в Агентстве стратегических инициатив.

Андрей Колесников отмечает приход в вузы инновационной власти вместо образовательной Справка STRF.ru:
Колесников Андрей Николаевич, в 2009–2011 гг. заведующий сектором мониторинга и анализа взаимодействия научных, образовательных организаций и бизнес-структур Центра исследований и статистики науки Минобрнауки России (ЦИСН). В течение двух лет отвечал за систему сбора информации о малых инновационных предприятиях, учёт уведомлений в базу данных, отбор предприятий в федеральный реестр, ведение «горячей линии» по 217-ФЗ (fz217@mail.ru), проведение мониторинга и консультаций. В прошлом – проректор Государственной академии инноваций, директор Центра поддержки малого бизнеса Академии народного хозяйства. На ЦИСН с 2009 года министерством возложены функции по ведению базы данных инновационных компаний при вузах и НИИ и их проверку на предмет соответствия 217-ФЗ

Принятие 217-ФЗ сопровождалось громкими выступлениями Дмитрия Медведева и Андрея Фурсенко, призывавших вузы дружно создавать малые инновационные предприятия (МИП). В России подобное давление начальства часто приводит лишь к «бумажным» успехам на местах, оторванным от реальной экономики и науки. Насколько это справедливо в случае с МИП при вузах?

– По моему мнению, министерство особого давления не оказывало, а делало это Федеральное агентство по образованию. Начался прессинг с сентября 2009 года и продолжался фактически до ликвидации агентства в марте 2010-го. Действительно, руководству Рособразования была нужна красивая цифра, и многие из компаний, зарегистрированных в то время, были созданы для галочки. Пожелание учредителя – это приказ, а Рособразование было на тот момент учредителем большинства государственных вузов.

Отчасти поэтому реальные успехи скромнее, чем планировалось. Вузам и МИП не оказывалось реальной методической и информационной поддержки, что приводило к большому количеству неточностей и ошибок в действиях учебных заведений.

Созданные предприятия можно разделить на три примерно равные части: треть работает, треть существует лишь на бумаге, треть находится в промежуточном состоянии.

Среди тех, кто работает, нужно выделить 11 компаний, у которых уставной капитал больше миллиона рублей, а значит, у учредителей есть серьёзная заинтересованность в успехе.

За счёт чего сейчас может формироваться уставной капитал МИП, соответствующих требованиям 217-ФЗ?

– С 1 августа 2009 года – за счёт права на использование интеллектуальной собственности вуза. С 1 января 2011 года – дополнительно за счёт денежных средств. С 1 марта 2011 года можно также вносить оборудование и имущество.

Выходит, реальную возможность создавать нормальные капитализированные предприятия вузы и НИИ получили только недавно?

– Фактически да, с начала этого года, после вступления в силу 83-ФЗ, позволившего всем бюджетным учреждениям создавать коммерческие предприятия в уведомительном, а не разрешительном порядке. До этого можно было создавать хозяйственные общества (ООО, АО) по 217-ФЗ в целях коммерциализации интеллектуальной собственности только вузам и НИИ. Вносить в УК денежные средства и имущество разрешил 83-ФЗ – как для компаний, созданных по 217-ФЗ, так и для компаний и некоммерческих организаций, созданных по самому 83-ФЗ. Ранее это было возможно только при наличии разрешения правительства России, иначе запрещал Бюджетный кодекс.

В результате сейчас сложилась следующая ситуация: по 217-ФЗ вуз имеет право учредить компанию, где его минимальная доля в уставном капитале – треть (33,4 процента). Эта треть может делиться в любой пропорции между правом на использование интеллектуальной собственности, денежными средствами и оборудованием. Но оборудование должно быть не особо ценным: для вузов Минобрнауки России стоимостью до 500 тысяч рублей.

При этом требование 33,4 процента актуально, только если учредители хотят, чтобы их предприятие было зарегистрировано как соответствующее требованиям 217-ФЗ и получило налоговые льготы. В первую очередь это сниженная с 34 до 14 процентов ставка страховых взносов, введённая 272-ФЗ от 16.10.2010, что очень привлекательно для МИП, использующих упрощённую систему налогообложения по 310-ФЗ от 27.11.2010.

В принципе, согласно 83-ФЗ, доля вуза в уставном капитале может быть и меньше трети, а право на использование интеллектуальной собственности вуз может не передавать, но тогда на специальные налоговые льготы для инновационных МИП можно не рассчитывать.

Сколько компаний получает налоговую льготу?

– С 1 апреля – 78, с 1 июля – 137. Это те хозяйственные общества, которые вошли в специальный реестр (в нашей базе БД уведомлений в графе «статус соответствия 217-ФЗ» у них стоит «да»).

Есть ли ещё какие-то льготы для предприятий, соответствующих 217-ФЗ? Предполагалось, что они смогут арендовать площади в вузах по нерыночным ценам…

– Пока с 1 марта они могут лишь арендовать помещения у вуза или НИИ вне конкурса по обычной цене, определённой независимым оценщиком. Видимо, в августе появится постановление правительства России, которое позволит МИП платить гораздо меньше: 40 процентов от базовой цены в первый год, 60 – во второй и 80 – в третий.

Но есть ещё одна важная «льгота», появившаяся в этом году в результате изменения 94-ФЗ о госзакупках. Теперь закупка любыми бюджетными организациями НИОКР может осуществляться путём проведения конкурса с одним участником.

Вуз может объявить конкурс на проведение НИОКР, а малые предприятия могут его выиграть. Допустим, вуз получает большой бюджетный грант и отдаёт часть работ малому инновационному предприятию на аутсорсинг. Обычно в лотах Минобрнауки России на аутсорсинг можно направить до 40 процентов стоимости госконтракта.

Сколько всего МИП внесено в вашу базу и сколько из них соответствует 217-ФЗ?

– На прошлой неделе в базе было 1048 предприятий. Это компании, которые, как считают сами вузы, соответствуют 217-ФЗ. После проверки нами представленных сведений оказывается, что реально подпадает под действие закона около трети из них.

В чём проблема с остальными?

– Здесь огромное количество причин. Первая мелкая ошибка: не соблюдены 33,4 процента. Многие вузы не справились с делением сотни на три, и их доля составляла 33, 30, 29 процентов. Ошибка исправляется при перерегистрации, на это нужно примерно 4 тысячи рублей и две недели времени.

Вторая ошибка, которая нас поражала и поражает до сих пор: вуз вносит в уставной капитал право использования интеллектуальной собственности, которая ему не принадлежит. Она или принадлежит другому физическому или юридическому лицу, или перешла в общенародное достояние, так как вуз три года не оплачивал пошлину за поддержание патента. Некоторые вузы считают, что если патент принадлежит сотруднику вуза, то он принадлежит и вузу. Фактически так и должно быть, ведь по нашим законам исключительные права на интеллектуальную собственность принадлежат организации, проводившей исследования, предоставившей средства и инфраструктуру для её создания, но по каким-то причинам не оформившей свои исключительные права на неё.

Но в 90-е годы многие сотрудники начали регистрировать права на изобретения, полезные модели, промышленные образцы на себя лично. Вузам тогда было всё равно, потому что учёта РИД и конкуренции вузов по количеству патентов и прочих свидетельств не было. Более того, если вуз продавал права на использование интеллектуальной собственности, деньги уходили в доход государству. Полностью эта проблема не решена до сих пор. Особенно тяжёлая ситуация с интеллектуальной собственностью сложилась в НИИ.

Кстати, какую долю от предприятий в вашей базе составляют компании, созданные НИИ, а не вузами?

– Мы говорим о НИИ в форме государственных бюджетных учреждений, в отличие от НИИ в форме ФГУП и ОАО. Бюджетные НИИ в основном находятся в ведении РАН, РАМН и РАСХН. В них создано всего лишь 26 хозяйственных обществ из 1048, то есть практически ничего. Видимо, проблема больше лежит в сфере научной политики.

Директора институтов, которые составляют костяк управления госакадемиями, имеют примерно такое консолидированное интуитивное мнение: «Не пользоваться этим законом. Не пущать!»

Полагаю, причина в том, что здесь возможно определённое размывание власти и собственности. Если мы имеем организацию, у которой миллиард идёт на НИР, и создаём сеть малых предприятий, то тут же останется не миллиард, а, например, 500 миллионов, так как через сеть хозяйственных обществ уйдут деньги и труд сотрудников, после чего эти компании начнут расти и на себя регистрировать интеллектуальную собственность, получать доход от её продажи и использования. Для фирм всё проще и с передачей лицензии, и с использованием этих денег. Для сотрудника НИИ схема с МИП также предпочтительней, так как выплаты за сделанную работу проводятся быстро, без традиционных задержек. Значительно быстрее идут и все дела: документооборот, система закупок и платежей, так как нет двух существенных барьеров: 94-ФЗ и казначейства.

Вокруг части вузов и НИИ подобные малые предприятия работают уже многие годы, формально не будучи никак связанными с организациями-«прародителями». Можно ли вузу или НИИ войти в состав учредителей такой компании, чтобы она получила льготную ставку по социальным платежам и смогла в дальнейшем получать легальную скидку по аренде?

– К сожалению, нет, хотя характер деятельности у таких компаний может быть очень инновационным. Согласно 217-ФЗ и 272-ФЗ, вуз/НИИ должен войти в состав учредителей компании с самого начала её существования. К нам поступило довольно много уведомлений о перерегистрации уже существующих хозяйственных обществ, о вхождении вузов туда соучредителями. У предприятия можно cменить почти всё – директора, юридический адрес и т.д. Но нельзя изменить ИНН и дату его регистрации. Поэтому льготный режим социальных отчислений и льготная аренда таким компаниям недоступны. 

Что в таком случае представляют собой вновь создаваемые предприятия? Насколько велики они по размеру?

– Постоянно идёт снижение среднего уставного капитала регистрируемых в нашей базе предприятий. Если в декабре 2010 года средний уставной капитал составлял 315 тысяч рублей, то сейчас – 270.

Увеличивается количество мелких предприятий. Конечно, с таким уставным капиталом ничего сделать нельзя, если не идти на инвестиционный кредит, в фонд Бортника и т.д. Тогда ещё можно попытаться выжить. Но без быстрого и активного привлечения внешнего финансирования весь этот капитал проедается очень быстро. А уж если 100 процентов капитала внёс вуз, то понятно, что там ни копейки на счету нет.

Много ли таких «стопроцентных»?

– Да, порядка 40 компаний. Даже когда у вуза не 100, а 51 процент, это уже полное доминирование, не нужно собирать других учредителей для решения ключевых вопросов.

Как же такие МИП планируют развиваться без внешних инвесторов?

– Скажу больше: некоторые инвесторы и на 33,4 процента для вуза не согласны. Их можно понять, у них свои представления о рисках, тем более что вкладывают они не бумаги об интеллектуальной собственности, которые вуз может и отозвать, а реальные деньги.

Сейчас для компаний при вузах, не имеющих внешних инвесторов, но реально нацеленных на работу, есть хорошая возможность участвовать в программе СТАРТ Фонда Бортника. В 2011 году по этой программе компании, созданные по 217-ФЗ, выигрывали в 3,5 раза чаще, чем остальные. Всего таких компаний среди победителей набралось 35.

Видимо, было негласное указание?

– Указания никакого не было. Я вообще заметил, что фонд является независимой организацией и не любит подсказок, как тратить его деньги. Но позиция именно этого фонда очень важна по отношению к финансированию МИП по 217-ФЗ, так как других источников целевого финансирования университетских предприятий нет. Здесь был бы целесообразен венчурный фонд вузовских инноваций.

А как связано появление МИП по 217-ФЗ с реализацией вузами программ создания инновационной инфраструктуры на деньги Минобрнауки России, гораздо более значительные, чем в программе СТАРТ?

– Некоторые вузы сообщают, что создали множество предприятий в рамках этих инфраструктурных программ, причём очень часто замешивают туда и те предприятия, которые были созданы сотрудниками, и те, которые были созданы до 2009 года, и те, что они создают только в этом году.

Получилось так, что в министерстве за реализацию постановления правительства № 219 по инновационной инфраструктуре и 217-ФЗ по МИП отвечают разные подразделения. Отсюда и некоторая несогласованность. Часто возникает такая ситуация: у нас в базе данных по вузу пять уведомлений о создании МИП, а вуз сообщает в отчётности по созданию инновационной инфраструктуры, что у него 10 компаний. Получается, ещё пять они включили в соответствии со своим видением и критериями.

Постановление № 219 прямо требует от вузов создания МИП. При этом у 10 вузов из 56, выигравших лоты на инновационную инфраструктуру, никаких предприятий пока и вовсе нет. Они их создание откладывают на последующие годы реализации программ.

Почему во всех госпрограммах фигурирует количество предприятий, а не их оборот?

– Оборотные показатели – коммерческая тайна. Нам доступны лишь сведения о числе студентов, аспирантов и сотрудников, работающих в МИП. Причём, кажется, вузы массово искажают эти показатели в сторону увеличения, так как чётко они не определены. Скажем, если 100 сотрудников работают в МИП целый год на четверть ставки, стоит указывать 25 приведённых сотрудников, а можно написать и 100, так как было 100 договоров. А если считать число вовлечённых по кратким трудовым договорам, получаются совсем красивые цифры, и проверить их непросто.

На деле стоит опираться лишь на приведённую штатную численность по данным Фонда социального страхования. Ещё хороший показатель не активности предприятий – число МИП, сдающих нулевой или ничтожно малый баланс, менее 1000 рублей за налоговый период.

Насколько снизится число МИП, если отсечь таким образом те, что созданы лишь на бумаге?

– По экспертной оценке, останется треть. Треть вообще не работает, ещё треть – «в долине смерти». Это, например, компании, создатели которых предполагали, что их родной вуз, в котором они проработали всю жизнь, будет также и их инвестором. Чаще всего это не так. Подобные предприятия и их интеллектуальная собственность чаще всего не интересны никаким бизнес-ангелам, фондам, институтам развития, которым нужен уже прототип или опытное производство. Когда грамотный инвестор начинает смотреть уставные документы большинства МИП, он и там видит существенные упущения.

Что делать с такими компаниями?

– Во-первых, развивать службы коммерциализации, патентные отделы при вузах, во-вторых, строить систему государственного посевного финансирования университетских компаний, специализированных венчурных фондов для таких компаний. К этой системе все успешные страны – США, Израиль, Финляндия – шли не один десяток лет.

Государственная Российская венчурная компания год назад создала Фонд посевных инвестиций. Вкладывается ли он в компании, созданные по 217-ФЗ?

– Нет, пока активность его очень низка. Одна из компаний в нашей базе получила статус резидента инновационного центра Фонда «Сколково» с соответствующими льготами.

А региональные венчурные фонды, созданные Минэкономразвития России в партнёрстве с местными властями? Их вроде бы больше 20…

– Нет, об их инвестициях в компании по 217-ФЗ я не слышал, притом что таких фондов было организовано около 40.

Получается, большинство компаний создано за счёт средств вуза и сотрудников?

– Не только. Но в среднем – да. При этом, если нет мощного внешнего инвестора, заинтересованного в коммерциализации и результате, и долгих десятилетий успешной практической работы вуза, выживаемость близка к нулевой. Вуз здесь – не ключевой инвестор, а скорее вынужденный.

Какие тематики наиболее популярны у создаваемых МИП?

– Заполняя наши анкеты и выбирая приоритеты из числа официально утверждённых (ранее пять приоритетных направлений и 34 критических технологий, а после недавнего указа Медведева соответственно восемь и 27), компании больше всего отмечают энергоэффективность и сферу IT.

А какую интеллектуальную собственность вносят чаще всего? Патенты?

– Да, на них приходится примерно половина. Остальное почти поровну делится между программами и базами данных ЭВМ с одной стороны и ноу-хау с другой. Причём популярность ноу-хау удивительна, потому что, как правило, этот тип интеллектуальной собственности сопровождает в пакете патент, а использование в формировании уставного капитала отдельно ноу-хау сопряжено с рядом существенных рисков. Вузы выбирают ноу-хау из-за преимущества в скорости оформления документов, но в этом случае можно использовать программы для ЭВМ или БД для ЭВМ.

Какие вузы наиболее успешны в выращивании жизнеспособных компаний по 217-ФЗ?

– Прежде всего, инженерно-технические университеты, сохранившие потенциал с советских времён. Например,  у МИТХТ им. Ломоносова – небольшого профильного вуза – патентная активность в расчёте на одного сотрудника в несколько раз выше, чем у МГУ им. Ломоносова. Такие вузы необязательно расположены в Москве. Скажем, я недавно был в Рыбинске и оценил успешную инновационную деятельность местной авиационной технологической академии. Отличные показатели у ТУСУР и у ряда технических вузов, но рассматривать инновационную активность вузов надо по удельным показателям, а не по абсолютным. Вот у таких компактных инженерных вузов очень хороший потенциал коммерциализации именно по 217-ФЗ. Крупные многопрофильные университеты он интересует гораздо слабее.

Кстати, замечу: на вузы в форме автономных учреждений действие 217-ФЗ пока не распространяется. Над соответствующими поправками работают, но они будут приняты осенью (в числе прочих в форме АУ существуют федеральные университеты, Высшая школа экономики, Белгородский госуниверситет, на эту форму переходит Физтех. – STRF.ru.).

Это одна из причин, почему крупным вузам не очень интересен 217-ФЗ. Есть ли другие?

– Почти все крупные вузы поглощены деятельностью по реализации крупных проектов в соответствии с постановлениями правительства №№ 218, 219, 220 по кооперации с бизнесом, по развитию инфраструктуры, по привлечению ведущих учёных, и по крупным министерским лотам в рамках федеральных целевых программ. У них, видимо, нет экономического резона создавать себе «инновационный пояс». Существенное увеличение объёма финансирования не соответствовало развитию системы закупок, научной и инновационной систем вузов.

Кроме того, мощное реальное развитие научно-инновационной деятельности в вузе означает изменение структуры власти внутри него, условно от «образовательного» направления к «научному и инновационному». Так за последние полгода в ректоратах многих вузов появилась должность проректора по инновационной деятельности. Эта проблема инновационных изменений в ближайшие годы будет становиться всё острее, по мере трансформации структуры доходов вузов.

Источник strf.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *